yasko (yasko) wrote,
yasko
yasko

Category:

Н.К. Рерих. «Град обреченный». «Крик змия». (1914)

Николай Рерих. Град обреченный. 1914
У Н.К. Рериха есть две пророческие картины 1914 года «Город осуждённый» (вариант названия «Град обреченный») - гигантский змей обвился кольцом вокруг стен города, закрыв входы и выходы, словно образовав магический круг зла.

«Крик змия» - среди остроконечных бесплодных скалистых хребтов поднимается к небу голова змея, он кричит, словно пророча беды и несчастья. Пророческий смысл этих картин вовсе не так ясен, как кажется тем, кто увязывает их сюжет, с блокадой Ленинграда. Хотя и этого смысла мы не отрицаем, но им значение этого символа не исчерпывается.

Чтобы лучше понять значение этого пророчества, ознакомимся с изложением одной русской легенды, которое близкий друг и единомышленник Н.К. Рериха Вл. Соловьёв приводит в своей замечательной, одной из наиболее сложных историософских статей «Византизм и Россия» (1896 года), которая не устарела до сих пор. В ней он пишет о русском идеале властелина, как олицетворении грозной, всесокрушающей, ничем нравственно не обусловленной силы, - «идеал римского кесаря, оживлённый и усиленный воздействием ближайших ордынских впечатлений».

«Это вызванное историческими несчастьями возвращение русского сознания к старому языческому обожанию безмерной всепоглощающей силы, олицетворённой в монархе, чрезвычайно выразительно запечатлелось в удивительной легенде, по которой власть московских государей получает свою верховную санкцию не от кого иного, как от Навуходоносора, т.е. как раз от главы сокрушенного Христом языческого колосса, - от типичнейшего олицетворения богопротивной и свыше обличенной идеи безграничного деспотизма.

Всем известно предание о том, что священные знаки царской власти перешли к московским государям от их предка, великого князя киевского Владимира Всеволодовича, который в свою очередь получил их в дар от восточно-римского императора Константина Мономаха (передавшего Владимиру и это прозвание). Но откуда взялись эти регалии в самой Византии? На этот вопрос отвечает наша легенда.

После падения Навуходоносорова царства, рассказывается в ней, Вавилон запустел, сделался жилищем бесчисленных змей и снаружи был окружен одним огромным змеем, так что город стал недоступен. Тем не менее, греческий царь Лев, « во св. крещении Василий», решил добыть сокровища, принадлежавшие некогда Навуходоносору. Собравши войско, Лев отправился к Вавилону и, не дошедши до него пятнадцать поприщ, остановился и послал в город трёх благочестивых мужей - грека, обежанина (абхаза) и русина. Путь был очень трудный: вокруг города на шестнадцать вёрст поросла трава великая, как волчец; было множество всяких гадов, змей, жаб, которые кучами, как сенные копны, поднимались вверх от земли, - они свистели и шипели, а от иных несло стужею как, как зимой. Послы прошли благополучно к великому змею, который спал, и к стене города.

У стены была лестница с надписью на трёх языках - греческом, грузинском и русском, - гласившая, что по этой лестнице можно благополучно пробраться в город. Исполнивши это, послы среди Вавилона увидели церковь и, войдя в неё, на гробнице трёх святых отроков, Анании, Азарии, и Мисаила, горевших некогда в пещи огненной, они нашли драгоценный кубок, наполненный миррой и ливаном; они испили из кубка, стали веселы и на долгое время уснули; проснувшись, хотели взять кубок, но голос из гробницы запретил им это делать и велел идти в Навуходоносорову сокровищницу взять «знамение», т.е. царские инсигнии. В сокровищнице они среди других драгоценностей нашли два царских венца, при которых была грамота, где говорилось, что венцы сделаны Навуходоносором, царём вавилонским и всея вселенныя, для него самого и для его царицы, а теперь должны быть носимы царём Львом и его царицей; кроме того послы нашли в вавилонской казне «крабицу сердоликовую», в которой была «царская багряница», сиречь порфира, и шапка Мономаха, и скипетр царский».

Взявши вещи, послы вернулись в церковь, поклонились гробнице трёх отроков, ещё выпили из кубка и на другой день пошли в обратный путь. Один из них на той же лестнице оступился, упал на великого змия и разбудил его; когда же «великий змий услышал его, то встала на нем чешуя как волны морские и начала колебаться»; два другие посла ухватили товарища и поспешно бежали; они добрались до места, где оставили своих коней, и уже положили в них свою добычу, как вдруг великий змей свистнул: они попадали на землю и долго лежали как мертвые; пока, наконец, очнулись и отправились к царю.
Но в царском войске змеиный свист наделал ещё больше беды: погибло немало воинов и коней. Остальные в испуге бежали, и лишь за тридцать верст от Вавилона царь остановился подождать своих посланцев. Придя, они рассказали свои приключения и отдали царю инсигнии Навуходоносоровы - те самые, которые - по другим сказаниям - от одного из последующих византийских императоров перешли к киевским, а от них - к московским государям.

Другой, позднейший вариант той же легенды (записанный в самарском крае) прямо ставит на место Византии Москву, заменяя императора Льва московским государем, - и именно Иваном Грозным. Это он оказывается непосредственным приемником Навуходоносоровой власти!

Царь Иван Васильевич кликал клич: кто мне достанет из вавилонского царства корону, скиптр, рук державу и книжку при них? По трое суток кликал он клич - никто не являлся. Приходит Борма-ярыжка и берётся исполнить царское желание. После тридцатилетних скитаний и всевозможных приключений он, наконец, возвращается к московскому государю, приносит ему вавилонского царства корону, скиптр, рук державу и книжку и в награду просит у царя Ивана только одного: «Дозволь мне три года безданно, беспошлинно пить во всех кабаках!» - не лишенное знаменательности заключение для этого обратного процесса народного сознания в сторону диких языческих идеалов».
(Вл. Соловьёв. Смысл любви. М., 91, стр.203-204.)

Вавилон - одно из главных имён, упоминаемых в Апокалипсисе. Открываем и читаем: "Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него - как у медведя, а пасть у него - как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою и престол свой и великую власть... И дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонилась дракону, который дал власть зверю, и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? и кто может сразиться с ним? И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и дана ему власть действовать сорок два месяца". (Откр. 13:2-5).

После чего придёт Спаситель.

Являются ли эти два полотна Н.К. Рериха пророческими, что касается явления Антихриста, (рождения которого К.Н. Леонтьев ожидал в России), в т.ч. и в отношении СПб, покажет Время.

В т.ч. и теле программа «Время»?

А.Ремизов 3-й комментарий к Жерлица Дружинная.


Тайкий, как постень, напрасный, он приполз в пустополье под город — кто же его чуял
и чье это сердце в тосках заныло? — он приполз в пустополье, обогнул белую стену — на
башнях огни погасли и не били всполох — обогнул он белую стену и белые башни,
выглохтал до капли воду в подземных колодцах, и, стонотный, туго стянулся кольцом,
скрестив голову-хвост.

Очи его — озерина, шкура, как нетина-зелень, тяжки волной пошевёлки.
Обреченный, в западях у змия, стоял обложенный город, а еще долго никто ничего не
знает и не чует беды — люди пили и ели, женились и выходили замуж.
И когда пришел час, забили в набат, а уже никуда не уйти.

Я помню и забыть не могу, как дети голодные в ямах плачут, спрятались от страха в
ямы, босые, дрожат, боятся, голодные, и так жалобно плачут, а я ничем не мог им помочь, и помню еще, как полуживой в груде мертвых смотрел на меня и рукою звал, — и ему я не мог помочь, и еще помню, как полз ко мне с перебитыми ногами и просил пить... Я помню
раненую лошадь, как стояла она и плакала, как человек, и помню собаку, душу надрывала
она своей тоской, я ее звал, давал есть, а она даже и не смотрела на еду, она сидела на своем дворе, где все сожжено.

Горюч песок в пустополье. Смертоносно дыхание. Шума ветра не слышно, и лишь от
зноя хрястают камни.
Горе тебе, обреченный! Ты ли виною или терпишь за чужую вину—горе тебе,
обреченный!
Очи его — озерина, шкура, как нетина-зелень, тяжки волной пошевёлки.
И от очей его больно, и холод на сердце, и нет нигде скрыти.
Знаю по грехам нашим...

Знаю, много неправды, много греха вопиет на небо. Надо грех очистить, грех
оттрудить.

И ты благослови меня в последнюю минуту ради чистоты земли моей родимой принять
кротко мою обреченную долю.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments